Без рекламы

Благодарю всех, кто не ограничился формальными "спасибо", а внес свой реальный вклад в развитие progressman.ru!

Опросы

Что вам ближе?

Результаты опроса

Загрузка ... Загрузка ...

Желания-требования и желания-предпочтения

ЖеланияСегодня снова буду говорить о причинах душевных терзаний и о возможности хотя бы относительно легкой и радостной жизни. Статья дополнит недавно начатый цикл об эмоциях.

Как я это вижу, желание – это предчувствие возможной радости или облегчения – нечто вроде осознания приятной (желанной) возможности, повышающей уровень довольства жизнью. Именно желания по итогу и формируют то, что наша личность ощущает, как свой самостоятельный выбор.

Условно выделяю два типа желаний. Первые – желания-требования, вторые – желания-предпочтения. Желания требования – те самые, что не дают покоя, побуждают томиться и переживать – их еще называют «сильными», или страстными желаниями. Желания-предпочтения – спокойные, реалистичные, без насыщенных эмоций и ожиданий.

Желания-требования возникают, когда радостное предчувствие обращается в ожидание. Нечто внутри при этом, словно считывая будущее, предвкушает благоприятный вариант развития событий. Таким образом тело и ум как бы настраиваются на это желанное будущее, не допуская альтернативных вариантов развития событий. На деле такие нежеланные расклады допускаются где-то на бессознательном уровне и пролезают в форме неотчетливых тревог – поверхностный ум способен провести себя, но его маневры не затрагивают глубинные слои психики.

Почти все влюбленные занимаются как раз таким вот самогипнозом – убежденно верят, что их самонадеянные фантазии о будущем счастье в слиянии с любимыми – это нечто, предначертанное судьбой. Любые идеалистичные мечты о будущих достижениях, будь то карьерный, духовный, или какой-то узкоспециализированный рост – это завышенная ставка на эфемерное будущее – существует оно исключительно в уме, но принимается за реальность.

И вот, когда желание «обламывается» и в силу вступает незапланированный вариант развития событий, тогда организм, настроенный на иную ситуацию, начинает расходовать огромное количество энергии на мучительную перестройку, чтобы хоть как-то принять реальный расклад происходящего. При этом часть энергии может оставаться в прежнем русле – направленной на исполнение неисполнимых желаний, приводя к хроническому недовольству реальной жизнью.

Жизнь сама по себе не является каким-то объективным страданием. Психика страдает субъективно на свой лад от неспособности смириться с неизбежным. Тот эмоциональный фон вечной неудовлетворенности, свойственный большинству – это голос подспудных нереализованных желаний, идущих в разрез с настоящим моментом жизни. Эту тему на progressman.ru я разбирал подробней в недавней статье об эмоциях.

Высокие планкиСамая сердцевина самообмана, вокруг которого закручиваются эмоционально насыщенные желания, возникает и укрепляется, когда ум начинает верить хотя бы от части, будто знает будущее – то есть принимает желанный расклад за гарантированную реальность. Эмоциональные желания-требования – словно репетиция празднования собственного осуществления.

Основной трюк, который убирает психическую проблему, устраняя эмоциональную боль – это вовсе не прекращение желаний и устремлений как таковых, а трансформация эмоциональных желаний-требований в спокойные желания-предпочтения. В таком ключе высокая ставка на успех исчезает, а вместе с ней уходят и терзания. Вроде как, все в порядке, больше нет никакой обязаловки в достижении своего, а старания, направленные в сторону успеха – это такая ненавязчивая игра из разряда «почему бы и нет» – вдруг, что получится. Желания ведь не обязаны исполняться.

Таким образом топорные требования и вымогательства у судьбы своих фетишей, заменяются на тихое понимание реальных возможностей. И эта легкость в подходе к природе происходящей реальности, устраняет те самые желания, которые Будда и окрестил источником страданий. Именно такие вот эмоциональные желания-требования и вызывали все это время психическую боль. В зрелом сознании на их место приходят желания-предпочтения.

Когда реальный момент жизни перестает казаться незначимым препятствием на пути к «важным» будущим целям, вкус к жизни пробуждается с новой силой. С прекращением эмоционально насыщенных ставок на будущее, ум начинает интересоваться тем небольшим, что происходит в настоящем. Даже ничего не значащие мелочи могут радовать и становиться целым событием.

Никакой мистической сложности в такой трансформации желаний нет. Для этого, как всегда, достаточно честности с собой – такой честности, когда открывается возможность искренне из глубин души признавать, что будущее неизвестно и неподконтрольно. Мы можем лишь стараться направить его в желанное русло. Но никаких гарантий исполнения желаний нет! А поэтому и ожидать чего-либо, и уж тем более требовать – наивный самообман.

Каждый следующий миг – неизвестность. Каждая секунда может быть совсем не такой, как хотелось. Чем глубже осознание этого факта, тем больше легкости в настоящем – в этот самый момент, где мы непрестанно встречаем неизвестность.

Суть в том, что мы можем желать только то, что как мы верим, можно реально заполучить. Мы не можем желать того, что в нашем уме воспринимается как неосуществимое. Соответственно, никто не мечтает о невозможном – точнее о том, что невозможным считает сам. То есть, каким бы нелепым желание ни было, пока мы верим, что оно может сбыться, его заряд продолжает держаться, а душа томиться по несбыточному.

На практике человек может, например, тщетно десятилетиями обижаться, ожидая, что обидчик каким-то чудом все-таки поймет, как был не прав и раскается. Глубокое, пронизывающее осознание тщетности желания, может подрубить корень обиды, и освободить от этого тягостного переживания. Для иных обидчиков в этой реальности попросту нет почвы, чтобы взглянуть на чужие обиды с пониманием.

Клиентов с подобными проблемами, томящихся по неисполнимому, я иногда в шутку спрашиваю, почему дескать, они мечтают о таких земных вещах. Почему бы тогда уж не мечтать о супер-способностях, о крыльях за спиной, или каком-нибудь вселенском счастье. Вроде как – и там тщетно, и здесь – поэтому разницы особой нет.

ЖаждаЖелания – это порывы к несуществующему. Мы хотим вещей, которыми, как чувствуем, можем, или даже должны обладать. Никто не переживает о том, что не умеет летать, телепортироваться, о том, что не является Богом, или президентом мира. Мы переживаем о вещах, на которые рассчитываем. Переживаем так, словно уже почти владеем ими, почти держим в руках, наслаждаясь, но можем упустить.

Впрочем, есть в наших умах одна распространенная иррациональная черта, которая позволяет считать самих себя особенными, и потому достойными невозможного. Так, многие всерьез чистосердечно лелеют откровенно оторванные от действительности желания: стать суперзвездой, святым бодхисатвой, или каким-нибудь очередным «Наполеоном».

И все же каким бы невозможным и тщетным желание ни было, это вовсе не означает, что добиваться его необходимо прекращать. Совсем нет. Можно и дальше ковырять скалу зубочисткой. Можно исследовать тему, узнавать новые способы и маршруты покорения невозможного. Будущее неизвестно и потому действительно чревато любым раскладом. Проблемы возникают вовсе не от того, что мы движемся к неисполнимым целям, а от того, что мы на эти цели возлагаем серьезные надежды.

На деле я не могу сказать, что желания-требования – это нечто однозначно негативное. Да, от них маются, лишаются покоя. Но жизнь при этом окрашивается эмоционально-заряженными смыслами, которые зажигают и побуждают рьяно двигаться к целям – и это неплохой вариант, когда цели хотя бы относительно реалистичны и достижимы. В противном случае вечная неудовлетворенность настоящим гарантирована.

В противовес желаниям-требованиям, спокойные желания-предпочтения остаются на уровне трезвого допущения такого факта, что события могут развернуться, как угодно – и отнюдь нежеланным образом в том числе. При этом сохраняется готовность к неизвестному. И тогда любой расклад наступающего будущего воспринимается относительно гладко, не требуя болезненной перестройки ума и тела в попытках смириться с нежеланным.

Это и есть та самая легкость бытия, где ум, избавленный от убежденной лжи о том, какой должна быть жизнь, начинает присматриваться к тому, какой она по факту уже является. В статье «смирение и сила», я приписывал этот этап развития созерцательной сове.

Относительная степень осознанности при этом становится естественным явлением – ум, отвлекаясь от своих фантазий о жизни, становится более заинтересованно-внимательным к тому, что реально, вообще, происходит.

© Игорь Саторин

Статья «Желания-требования и желания-предпочтения» написана специально для progressman.ru
При использовании материала обязательна активная ссылка на источник.

Адрес документа на сайте: http://progressman.ru/desire/

Другие статьи по этой теме:

  • Анастасия Самарина

    Спасибо за статью. Разместила на другом ресурсе со ссылкой на источник, будем обсуждать :-)))

  • Юля Добровольская

    спасибо, Игорь! это то, что я всегда понимала, но не могла сформулировать. :)

  • Ирина Апрельская

    Лихорадочно ищу работу. После прочтения статьи требование превратила в предпочтение. Теперь мне всё равно, найду или нет. Всё равно, буду я завтра есть или нет. Хотя… предпочла бы всё-таки поесть…

  • Винцент

    Да , страсти они как-бы ограничивают свободу . Они меня уже реально задолбали . Особенно вот эти : чревоугодие (γαστριμαργια, gula), блуд (πορνεία, stimulus camis), сребролюбие (φιλαργυρία, cupiditas), гнев (όργη, indignatio), печаль (λύπη, tristitia), уныние (άκηδία, acedia), тщеславие (κενοδοξία, inanis gloria) и гордость (ύπερηφανία, superbia).

    • Алена Тарасова

      Один человек (нет, кажется, не один) замечательно сказал: как только нас что-то задолбало — мы это сразу прекращаем. Если действительно задолбало. Если что-то продолжается — значит оно пока ещё нужно.

  • Винцент

    Да , теоретиков хватает , сам такой. Больше всего онлайн бильярд задолбал (8 ball pool) . Полчетвёртого ночи , ёклмн.

  • dan

    Желания — предпочтения всегда находятся в сейчас, являясь причиной, целью и средством одновременно. Предпочтение реализует всю троицу в каждый момент протекания процесса, потому не имеют особой важности. Требования всегда находятся в будущем, они притягивают внимание и активируют эмоцию неудовлетворённости в корне которой находятся страх и как следствие сомнения, бессмысленность самого процесса ожидания и самоосуждение. Сама абсурдность существования такой логики, как получить будущее прямо сейчас наталкивает на определённые размышления. Разобраться с таким делом довольно просто, нужно лишь признать его абсурдность, так как будущее, так же будет присутствовать только в моменте сейчас, но только тогда, когда наступит. Если вас сейчас волнует будущее, вы безумны. На этом основаны все практики управления реальностью, путем принятия цели уже реализованной и отпусканием важности.

  • Дмитрий

    Заметил в себе одну штуку. Если что-то желанное кажется неосуществимым, то оно перестает желаться.

  • Миша

    Тоже заметил одну штуку. То что надо делать — я желаю, поэтому надо и появляется. Когда это заметил — *надо* превратилось в хочу :)

  • Таня

    Заметила, когда желаемое отдельно от меня существует, то оно не исполняется. Если я и желаемое -единое целое, то исполняется. ..Но, тогда, это само собой разумеется и восторга нет. Просто факт : отличненько, так и»надо»)))

    • Игорь Саторин

      А можете раскрыть, что подразумеваете под «я и желаемое — единое целое»?

      • Таня

        Вы знаете, на уровне ощущений телесных, и то …опасаюсь неточной быть. Я словно растворяюсь или сливаюсь с тем, что меня окружает. И в это же время, на уровне межбровья происходит какая-то концентрация моего желания. Я не знаю, как это более точно описать. Однажды, когда от моего начальника зависело одно решение, я так вот слилась со средой, и уже глубоко внутри знала (чувствовала, ощущала и интуичила одновременно),что все как надо. При этом, я непроизвольно улыбалась. . Зам посмотрел на меня и сказал :»Т.С! Вы прямо завораживаете нас «. Растворение прошло. Но я практикуюсь. )))

        • Arina

          О, это вам к магам)

          • Таня

            Спасибо , но я то ещё Трухло. ))))

  • Дмитрий

    Игорь, возник следующий вопрос.
    Сегодня я приготовил себе свое любимое блюдо. Ощущение внутреннего принятия тут сильнее, нежели, скажем, в отношении блюда «нелюбимого». По такому же принципу я предпочитаю, к примеру, легкую инструментальную музыку тяжелому року, так как при прослушивании последнего я испытываю дискомфорт, то есть психологическое сопротивление тому, что есть здесь и сейчас. Я хочу жить в относительном достатке, нежели в бедности. Со временем я это проработаю: растворю страх потери и жажду обладания, отпущу завышенные ожидания, — это уже не будет интенсивное желание-требование, но все равно источником предпочтения будет Эго.
    В моем понимании в просветленном состоянии человек находится в безусловном принятии всего. Ведь все одинокого «прекрасно» (нейтрально) в настоящем моменте.
    Собственно, вопрос. Желания-предпочтения – это тоже бегство от боли к удовольствию? Если нет, то каков источник этого стимула? Какова его природа? Почему даже у просветленного учителя остаются предпочтения (например, Экхарт Толле говорил, что предпочитает приватность. Хотя если его узнают на улице, это тоже будет прекрасно. Также из музыки он предпочитает New Age остальным направлениям.) Если для просветленного все жизненные условия в равной степени хороши, почему в итоге он одно предпочитает другому? Значит, все неравнозначно для него? Что влияет на его выбор, если не боль и удовольствие? Прагматизм? Но вряд ли он всегда им руководствуется в случае с едой, музыкой, образом жизни и пр.
    Раз есть некое «желаемое-предпочтительное», то мы одновременно привязываемся к его противоположности – «нежелательному». Вы пишете, что желания-предпочтения существуют «без насыщенных эмоций и ожиданий». Но, тем не менее, эмоции есть, пусть и слабые, а это все же источник страданий (хоть и небольших) вследствие двойственности, так?

    • Игорь Саторин

      Дмитрий, вопрос интересный. Тут дело в том, что даже просветленный остается каким-то — а не просто, как воздух без наглядных качеств. И то, чем он остается продолжает иметь тенденции, как у реки в ложбине. Иначе там не осталось бы ничего человеческого, и это было бы просто тело.
      Привязанность по большому счету как раз на ожиданиях и держится. Но пожалуй да, даже непредпочтение — это по прежнему какая-то утонченная форма неприятия, если у человека есть «я» — субъект страдания.
      У просветленных неприятия видимо может не быть, если страдать там не кому — остаются одни тенденции.